Реванш со вкусом страсти. Глава 1



Аннотация: Кристина Ветрова, девушка из семьи русских эмигрантов, переезжает из Далласа в техасский городок. Но сбежав из города, где при загадочных обстоятельствах убили отца, ей не становится легче. Она не может забыть его смерть и видит единственный выход — отомстить. Во время поисков убийцы, Кристина, сама того не желая, оказалась втянутой в игры вампиров. «Я убил твоего отца», — признается вампир, и эти слова действуют на девушку, как призыв к действию. Вот тут и начинается охота за убийцей, которая впоследствии превращается в игру под названием «Реванш со вкусом страсти».

ГЛАВА 1

Застегнув доверху молнию кожаной куртки, я перекинула сумку через плечо и зашагала быстрей. Хотелось поскорее добраться до теплой постели и выпить чашку горячего чая. Звук моих шагов гулко разносился по парковке, нарушая тишину дремлющего рядом с баром леса.
Уже почти подойдя к своему старенькому «Форду», я заметила возле мусорных баков крупного пса, сосредоточенно грызущего кость. По позвоночнику пробежала холодная дрожь животного страха, от которого даже волосы на голове встали дыбом. Я остановилась. До каких же пор вид крупной собаки будет вызывать во мне ужас? Нужно просто пройти мимо, может, не обратит внимания. И я, взяв себя в руки, решительно шагнула к автомобилю. Псина оскалилась и резко сорвалась с места. Меня словно окатило ледяной водой, тревожно заколотилось сердце, а перед глазами возникла картинка из далекого детства. Тогда, как и сейчас, на меня смотрели безумные глаза зверя. От воспоминаний шрам под глазом заныл. Стараясь не шевелиться, я равномерно задышала.
Пес приготовился к прыжку и лязгнул зубами. Ужас холодным порывом ветра ударил в грудь и побудил к действиям: я побежала к пикапу. К счастью, дверь старой колымаги не заклинило, как это обычно бывало, и мне удалось забраться внутрь. Собака бросилась на машину, царапая когтями дверь. От жуткого лая закладывало уши. Адреналин в крови зашкаливал, руки тряслись. Включив зажигание и ближний свет, я резко нажала на педаль газа. Визг резины — и пикап рванул вперед.
Я ловко выкрутила руль, выезжая на трассу и с опаской оглянулась, проверяя, не увязался ли лохматый монстр следом. Визг тормозов ударил по ушам, тут же последовал удар. Машину отбросило вправо. Перед глазами мелькнула ослепительно белая вспышка, а дальше все как в тумане… Будто издалека до меня донесся раздраженный мужской голос, но смысл слов дошел не сразу. Короткие, обрывистые фразы, словно на незнакомом языке. А потом чьи-то руки вынули меня из машины, усадили на землю, прислонив спиной к двери. Перед глазами расплылось пятно, напоминающее мужское лицо.
— Ты как, жива?
Мужчина коснулся моих плеч. Я зажмурилась, потом проморгалась…
— Кто вы? Что произошло? — спросила шепотом.
— Авария. Ты в порядке?
Наверное, я была в шоке. Думала не о том, как доберусь до дома, не о том, что придется ехать в участок, а о том, как же чертовски привлекательно застывшее перед глазами лицо молодого человека. Выразительная щетина подчеркивала подбородок, упругие губы были недовольно искривлены, а в глазах разгорался непонятно откуда взявшийся гнев. От прямого и стального взгляда я чувствовала себя, как оголенный провод под высоким напряжением.
— Кажется, в порядке, — вяло кивнула я.
— А я нет! — возмутился он, запустив пальцы в темные средней длины волосы. — Свалилась на голову! Что с тобой теперь делать?
Молодой человек отошел от меня и возбужденно прошелся из стороны в сторону. Я попыталась сфокусировать взгляд на брюнете — движения резкие, порывистые. И вдруг он развернулся ко мне.
— Ты ранена?
— Не знаю, — нерешительно ответила я, и дотронулась до лба. У меня что, кровь? Я поморщилась.
— А что ты вообще знаешь?! — он повысил голос. — Как хоть тебя зовут?
— К-кристина.
— А я Кевин. Кто тебя только ездить учил, горе-водитель?
Я все еще не могла отойти от потрясения, но понимала, кто виновник столкновения. Ведь это я выехала на трассу, не заметив знака. А все из-за пса!
— Ты не пострадал? — я окинула Кевина взглядом.
— Не волнуйся. — Он присел на корточки напротив. — Подумай лучше о себе. Тебя тошнит?
— Нет… Да… Не знаю, — промямлила я, в голове было все как в тумане.
— И все-таки. Тошнит? — настойчиво повторил Кевин, взяв мое лицо в ладони.
— Нет. — Меня пронзила мелкая неприятная дрожь.
— Хорошо, — резко выдохнул Кевин и выпрямился.
Он вышел на дорогу. Не знаю, чего там высматривал, но я чувствовала себя некомфортно и не хотела больше здесь рассиживаться. Упираясь руками в землю, попыталась подняться и тут же почувствовала тянущую боль в шее и плече. Ничего, всего лишь ушибы. Ерунда. Выпрямившись, я оступилась и упала бы, если бы не помощь Кевина.
— Осторожнее нужно быть, — примирительно сказал он, придерживая меня за локоть.
Я попыталась отделаться от его руки, но Кевин, словно нарочно, еще сильнее сжал пальцы.
— Эй, полегче! — возмутилась я. — Понимаю, ты расстроен. Моя вина, знаю. Надеюсь, твоя машина застрахована?
Кевин ослабил хватку, бесцеремонно обнял меня за талию и усадил на капот пикапа, прежде чем я сумела что-то возразить.
— Ты что?! — ошеломлено вскрикнула я.
— У тебя кровь, нужно обработать рану.
— Просто ссадина, ерунда.
Я коснулась лба. Но внимание Кевина привлекала вовсе не эта рана. Оказывается, что-то проткнуло мне предплечье, но я совсем не чувствовала боли.
Кевин взялся за края рукава моей кожаной куртки и осторожно потянул — ткань затрещала под натиском сильных пальцев. Я увидела небольшой кусок окровавленного пластика, впившегося в тело, и меня передернуло.
Осторожно освободив предплечье от одежды, Кевин осмотрел рану. Я с интересом наблюдала за ним. Взгляд неподвижный, ноздри шевельнулись, на скулах заиграли желваки. Он плотно сжал губы и, казалось, задержал дыхание. К моему удивлению, на его лице не было ни единой ссадины. Будто он не участник аварии, а случайный свидетель.
— Нужно обработать. Аптечка есть? — процедил Кевин сквозь зубы.
— Там, в машине, — кивнула я в стону кабины.
Пока он искал аптечку, я оглядела местность в поисках его автомобиля. Никаких следов. Словно испарился.
Кевин вынул бинты, перекись водорода и велел отвернуться, пока он будет вытаскивать осколок.
— Думаешь, я крови боюсь? Переживаешь, что в обморок упаду? — хмыкнула я.
— Просто отвернись. Так будет лучше. Мы не в фильме, и ты не героиня боевика.
Я недоуменно вздернула бровь и отвела взгляд. Приготовилась терпеть боль. Вскоре ощутила, как постепенно выходил из пореза осколок, сморщилась, прикусила губу, сдерживая случайный крик.
«Терпи, Кристина, молча терпи!» — велела я себе.
— Сейчас все пройдет, — уверил Кевин. — Твоя колымага на ходу?
Он попытался отвлечь меня.
— Не знаю. Вряд ли. — Я замотала головой и сразу пожалела об этом — виски пронзила тупая боль.
— Как далеко ты живешь, невезучая моя? — голос прозвучал жестко, но от этого «моя» повеяло нежностью.
— Отсюда полмили. Я позвоню другу, он меня заберет.
— Как знаешь.
Закончив перевязывать предплечье, Кевин отошел на пару шагов и замер, скрестив руки на груди. Он выглядел напряженным, словно натянутая струна. Казалось, тронешь, и она лопнет.
Вынув из кармана куртки телефон, я осторожно слезла с капота и набрала номер Дуайта. Но голос сотового оператора сообщил о недосягаемости абонента.
— Что, некому помочь? — Кевин ухмыльнулся.
— Отключил телефон, — раздосадовано произнесла я.
— Придется отвести тебя домой, — с неохотой отозвался он, вздохнул и тихо добавил: — Черт.
— Я не напрашиваюсь. Дойду сама. А ты лучше займись своей машиной. Кстати, где она вообще? — я огляделась.
— Где-то там. — Кевин махнул рукой в неопределенном направлении.
— Наверное, в кювет слетела, — предположила я. — Ты же так несся, что даже не заметил меня.
Неожиданно для самой себя я перешла в наступление.
— Заметил, но было уже поздно, — равнодушно пожал плечами Кевин. — Тебе повезло, что удар был скользящим. Иначе твои травмы оказались бы посерьезнее.
— Да если бы ты не попался на моем пути, — завелась с пол оборота, — я была бы уже дома. Знаю, что виновата, но ты не меньше. Какого черта летел на такой скорости?!
— Спешил, вообще-то, — уголки его губ легкомысленно приподнялись.
— И улыбается еще, — возмутилась я и поняла, что зря вспылила. — Извини. Мы оба виноваты. Давай вызовем полицию.
— Никакой полиции! У меня, вообще-то, еще дела есть. Без того потерял слишком много времени. Значит так: я провожу тебя домой и, возможно, еще успею закончить дела. А с полицией все улажу сам. Пойдем.
Он ухватил меня за руку и потащил на трассу. Я не сопротивлялась. Но уже на дороге вырвала ладонь. Мы пошли по обочине в сторону города, держась на некотором расстоянии друг от друга. Вскоре взгляд выхватил из темноты белое пятно покореженного металла. Это что, его машина? Поразительно, от удара мой «Форд» всего лишь развернуло, скинув с проезжей части. А автомобиль Кевина, кажется, здорово крутило, судя по разбросанным осколкам фар и сбитым столбикам вдоль обочины. Машина находилась довольно далеко от места столкновения, лежала на боку.
— Это чудо, что ты не пострадал, — удивилась я, — чего не скажешь о твоей машине.
На нем, в самом деле, нет ни синяков, ни ссадин и, кажется, дорогое пальто даже не помялось.
— Действительно, чудо, — подхватил Кевин, подняв воротник.
— Куда же ты так гнал?
— Сказал же: по делам.
— А из-за меня все накрылось, да?
— Ничего страшного, это поправимо. Ведь главное, что с нами все в порядке, так?
— Ты прав. И все же, жаль твою машину, — я совестливо потупила взгляд.
— Не переживай. «Порш» не первый под списание.
— Интересно. Сколько же машин ты разбил?
— Много, — усмехнулся Кевин, сунув руки в карманы пальто.
— И все такие дорогие? — не отставала я.
— До этого была «Ламборджини галлардо».
— Ты разбил авто за миллион баксов? — я удивленно выпучила глаза.
Кевин кивнул и засмеялся.
— Любишь бить дорогие тачки? — хмыкнула я, и заметила, что напряжение спало, осталось только легкое волнение.
— Вовсе нет, но так получается. Люблю быструю езду. Могут ведь быть у человека маленькие слабости?
— А как же. У каждого они есть.
— Интересно, какие у тебя слабости? Наверное, как и большинство женщин, любишь шопинг? — улыбнулся он и остановился у меня на пути.
В течение нескольких мгновений Кевин пытливо изучал мое лицо. Я завороженно смотрела на него и не могла определиться с ответом. Мысли пришли в полнейший беспорядок. Взгляд замер на четко очерченном рте. Если бы только его губы коснулись моих… Я потрясла головой, прогоняя навязчивую мысль. Он слегка улыбнулся, будто догадался, о чем я думаю. Что это со мной?
— Ненавижу ходить по магазинам, — после паузы созналась я.
— Правда?
Я кивнула.
— На какой улице ты живешь?
— Мэйн-стрит.
Немного погодя, мы свернули с дороги и оказались на широкой тропинке, ведущей на Мэйн-стрит. Несколько ярдов пути, наполненных тревожным молчанием, и перед нами предстал окруженный деревьями двухэтажный белый дом с высоким крыльцом и уютной верандой. Справа от него стояли качели, а перед окнами росли вечнозеленые кустарники. Рядом, как стяг, взмывало к небу громадное старое дерево с голыми ветвями. Я даже не знала его названия. В детстве с братом мы любили лазать по толстым засохшим веткам, чтобы с высоты птичьего полета увидеть, как раскаленное желто-красное солнце плавно скрывается за горизонтом.
— Здесь живешь ты? — удивился Кевин.
— Да. Это дом дяди, — пояснила я. — Я переехала сюда после его смерти.
— Соболезную потере, — Кевин поджал губы.
— Спасибо, — с грустью поблагодарила я. — А ты знал дядю? Мне показалось, тебя удивило, что здесь живу я.
— Не знал, — возразил Кевин, приглаживая назад волосы. — Просто меня всегда привлекал этот дом.
— То есть, ты здесь уже бывал?
— Да. Подыскивал жилье.
— Нашел?
— Кое-что, — загадочно произнес он.
— И ты больше ничего не скажешь, — смекнула я.
Кевин улыбнулся. Интересно, где же поселится «мистер таинственность»?
— Ладно, можешь идти. Не буду тебя задерживать. Надеюсь, мы еще увидимся, Кристина.
— А как же? — усмехнулась я. — Встретимся в офисе маршала.
Войдя в дом, я прошла в гостиную и, приняв «Адвил», плюхнулась в кресло. Мысли все время возвращались к Кевину. Все же странно, что на нем нет ни царапины, тогда как на машине практически живого места не осталось.

Купить роман можно здесь: feisovet.ru/магазин/Рубцова-Марина/

Смешные и грустные, чуть-чуть мистические рассказы о любви.

Грешная любовь.
Павел почувствовал сильный удар. Перед его глазами вспыхнула молния, а потом темнота. Он летел вниз и не мог остановиться. «Где же Вера?» — подумал он, и приземлился на скользкий и холодный пол. Окружающее его пространство было абсолютно непроницаемым, как густой черный туман.
— Кх, кх… – прокашлялся кто-то совсем близко. Павел изо всех сил стал вглядываться в темноту. – Не напрягаться так. – прокряхтел ему приятный старческий голос прямо в ухо.- Ты меня всё равно не увидишь.
— Почему?- поинтересовался Павел,- кто ты?
— Я страж чистилища, а ты грешник. Сейчас все приготовим и…
Павел прикрыл глаза, давая телу и разуму успокоиться. Ему всё происходящее казалось неправдоподобным сном или бредом воспалённого воображения. Было тихо, если не считать шуршание бумаги и чьи-то вздохов. Через некоторое время, он решился заговорить:
— Ладно. Тогда, где я нахожусь?
— Я же сказал. – «голос» был явно раздражён, — в чистилище!
— Как я сюда попал?
Невидимый собеседник тяжело вздохнул и чётко, как для неразумного дитяти произнес:
— Ты умер, попал в автомобильную аварию. Вспомнил?! – Павел припомнил удар.
— Нет, подожди. Я ехал с Верой отдыхать, и что? Где Вера?
— Ты ехал с подругой. Это твой грех. Она тоже здесь только в женском отделении.
Павел призадумался. С Верочкой он встречался уже два года. Всё начиналось на корпоративной вечеринке, как простое недолговечное увлечение. Веру пригласил менеджер — Сеня, который никогда и ни с кем подолгу не встречался, не был женат, и не собирался отягощать себя этим, на его взгляд ужасным состоянием. Как и было заведено у Сени, уже через полчаса Верочка скромно сидела одна, потягивая невкусный коктейль. Павел, решивший с ней познакомиться, как только она зашла в комнату в обществе ветреного менеджера, подождал, когда Сеня по своему обыкновению бросит свою даму в одиночестве, и подошёл, чтобы «просто поговорить». Но «просто поговорить» оказалось не достаточно, ни то чтобы он собирался завести интрижку, дома его ждала жена и ребёнок, но Верочка ему запала на сердце сразу, как говориться с первого взгляда. Именно «запала», и не как иначе.
В этот вечер Павел проводил Веру домой и взял у нее номер телефона. Он не собирался звонить ей, он даже клялся себе, что выбросит Верочку из головы, но продержался всего два дня. Любовь нахлынула, как половодье весной, мысли о Верочке просачивалась в сознание Павла, что бы он ни делал и чем бы ни занимался.
Верочка приняла тот факт, что он женат безропотно, даже то, что он не собирался разводиться, она восприняла, как должное. Возможно, потому что Павел проводил больше времени с ней, чем с семьёй. Их неукротимо тянуло друг к другу. У них было много общего. Нет, сказать «много общего» это ничего не сказать. Павел и Верочка понимали друг друга с полуслова, запросто читали мысли друг друга. Они дышали в унисон, и жили в унисон. Павел уходил от Верочки, и только за ним закрывалась дверь её квартиры, он начинал скучать и мечтать о новой встрече. Верочка не роптала, но Павел осознавал, что ему нужно «разрулить» ситуацию, обе его женщины чувствовали себя неуютно. Возле жены его держал — Долг, возле Верочки — Любовь.
— Вера умерла?!- вскрикнул он. Сама мысль об этом была невыносима.
— Угу.- промычал уже знакомый голос.- Всё готово. Отправляйся на очищение.
Павел не успел задать очередной вопрос, как его подхватил вихрь и он полетел к яркому свету по узкому тёмному туннелю, причём, он пару раз смачно шарахнулся головой о каменные стены. Внезапно туннель кончился, и он почувствовал запах серы и увидел несколько мерзких красных рож с закрученными рогами и длинными хвостами.
— О, новенький. – промычал один из чертей, возможно старший, потому что выглядел мощнее остальных.- А где его назначение?
Сейчас же у него в руках появился пергамент. Он бегло просмотрел его.
— Самуил, в третью его.
Высокий чёрт подхватил Павла под мышки и подтащил к третьей по счёту двери. Она сама по себе открылась, и черт зашвырнул его в комнату.
Это была самая обыкновенная комната. В ней стояли стул, стол и кровать, на одной из стен висел огромный экран. Павел пожал плечами в недоумении. Экран зажёгся, и он увидел бородатого старца в белом одеянии.
— Ты должен раскаяться в своём прелюбодеянии!- прогремел старик. — А что бы тебе было легче определиться, я покажу тебе, что будет, если ты не последуешь моему совету и, что если раскаешься, то есть последуешь.
Павел сел на кровать и уставился на экран. Скорее всего, потому что это было единственное, пятно в безликой комнате, которое привлекало внимание. Всё происходящее ему казалось чьей-то глупой шуткой. Тем временем на экране появилась картинка, на которой люди, стояли по пояс в вязкой жидкости. «Смола», – догадался Павел. Грешники все хором закричали и нырнули в неё с головой. Эта картинка, сопровождающаяся комментариями о муках людей, хлюпаньем смолы, стонами и не сходила с экрана минут пять. Потом появились Райские кущи с райскими птицами и фонтанами.
— Откажись от Веры.- проговорил голос с экрана.- Раскайся в содеянном и попадешь в рай.
Павел смотрел на картинки райской жизни и думал: «Что я буду делать там без Веры? Спрашивается что-о?».
Картины сменяли одна другую много раз без перерыва, он уже запомнил лица отдельных грешников, которые с жутким хлюпаньем ныряли в смолу, и расположение легких облачков-барашков в Райских кущах. Павел утомился и решил, что лучше нырять в смолу, чем отдать свои чувства. По крайней мере, эта процедура заглушит тоску, он будет занят хоть чем-нибудь.
2.
— Он не покоряется.- проскрипел старческий голос.- Больше того он сопротивляется, у него нельзя отобрать Любовь.
— Что вы предлагаете?
— Женщина тоже не испугалась. Она всё время мечтает о нем.
— Так что вы предлагаете?- повторил начальственный голос.
— Пусть родятся заново и найдут друг друга. Дадим им толковых ангелов хранителей. Мы тоже во многом бессильны. Нельзя заставить смертного, нужно, что бы он сам всё решил.
— Вы думаете, им можно помочь?
-Я думаю, да.
3.
Катерина схватилась за живот. У неё начались роды.
— Ну, наконец-то. – крикнула обрадованная нянечка, усадила её в кресло и позвонила доктору.
Через четверть часа Катерине показали розового младенца, который вопил благим матом.
— Очень симпатичный.- улыбнулась доктор.- Как назовёте?
— Павлом. Точно Пашей. – ответила счастливая мать.
Два белоснежных ангелочка зависли у окна роддома.
— Уложим их в соседние палаты, для верности.- прошептал на ухо один ангел другому.
— Хорошая мысль.– кивнул его сосед.- Полечу, посмотрю, как там моя девочка.